Многие пасеки Хабаровского края работают «в тени»

Пчелы вне закона

05.06.2018 в 03:45, просмотров: 440

Пчеловоды в Хабаровском крае есть, а вот закона для них – нет. В частности, по этой причине многие пасеки работают сегодня «в тени»: больше 93 процентов «медового» урожая собирают «частники». Но вполне возможно, что скоро эта ситуация изменится: в краевой думе проходят чтения закона о пчеловодстве. А опытный хабаровский пасечник Василий Лебедев рассказал, как накормить нашим медом Париж и как работает «сладкий» бизнес.

Многие пасеки Хабаровского края работают «в тени»
Фото: pixabay.com

Пчела к соседу не уйдет

– Я о пчелах могу очень много говорить, – сразу при встрече «предупреждает» Василий, – Пчелы, мне кажется, совершенные создания! У них такая демократия и четкая организация, что нам, людям, надо поучиться. И у каждой пчелы своя роль. Рабочие – как раз те, что собирают нектар – живут меньше всех. Только представьте, им до медоносов приходится иногда и по 20 километров летать. Есть охранники – они чужих пчел в свой улик (так Василий называет улья – прим. ред.) не пускают, даже «соседей». Есть пчелы, «принимающие» нектар, который в зобике принесла рабочая пчелка. Они укладывают его в соты и запечатывают. Есть матка – она, вроде как, главная. Но при этом остальные пчелы могут управлять ей – если что-то матка делает не так, то ее сразу ставят на место. Они ведь и общаются по своему – могут и «революцию» устроить, собраться, улететь группой, если пчелосемья слишком размножится. Это называется роением: группа пчел собирается на самой высокой ветке дерева и «высмаривает» себе новое место. Но такого, чтобы на соседнюю пасеку пчела улетела – такого не может быть, охранники ее просто не пустят. Я это все к чему – работы у пасечника каждый день много. Там рамки посмотреть, в уликах за медом последить, чтобы ничего лишнего не было, там пчелосемью расселить. И это все помимо медосбора. Работа это трудоемкая.

В медовый бизнес он окунулся всего три года назад. Пасека перешла, можно сказать, в наследство: раньше ею управлял отец жены Василия.

– Я начал читать, узнавать все о пчелах, меде, окунулся в это с головой. И мы решили: делать, так делать, по уму, – вспоминает Василий.

Правда, в то время у Лебедевых были затруднения с землей. Участок, на котором располагалась пасека, был в аренде. Но с введением программы «Дальневосточный гектар» землю удалось, наконец, оформить, и уже через несколько лет участок перейдет в собственность семьи.

Как раз после вступления в госпрограмму, рассказывает Василий, гектарщики решили организовать кооператив для сбыта продукции, куда Лебедевы сразу вступили. А после решили организовать ассоциацию пчеловодов, которая бы занималась защитой интересов пчеловодов.

– Я даже не знаю, сколько меда сейчас собирают в крае – нигде не нашел такую цифру. Но то, что большинство пасечников в тени, это знаю точно. Все привыкли как раньше работать: собрали, кое-как «по знакомым-друзьям» продали и все. Но качество продукта такие пасечники никак не проверяют, кроме как по вкусу-цвету. И с помощью ассоциации, которую планируем создать, мы хотим вытащить их из тени, чтобы и краю польза была, и самим пасечникам: так они смогут претендовать на гранты и субсидии. Также будем решать вопросы со сбытом: крестьянину же важно не просто произвести продукт, но и продать его. Для этого кооперируемся, – подытожил Василий. – У нас климат вообще для меда хороший. Липа цветет хорошо. Не Приморье, конечно, где за сезон медосбора с одного улика могут и 100 килограммов собрать, но все равно собираем мы стабильно по 30-40 килограммов меда с улика. Но и нашим пчелам приходится летать за медоносами дальше: приморские пролетели 5 километров – и все, набрали рамку.

Работать некому

Более того, по словам пасечника, в последние годы сокращается число пчеловодов.

– Мало у нас инициативных людей. Работать никто не хочет. Ведь пасечник – это крестьянин, по сути. И сбор меда – тяжелый труд. Но и перспектив у такого бизнеса много. Мы, например, за три года начали поставлять продукцию нашей пасеки в Китай, договорились о поставке образцов в Париж. А то все знают башкирский мед, а наш-то ничуть не хуже. ДА и москвичи на Днях Дальнего Востока в столице спрашивлаи именно наш мед, представляете! С европейцами, кстати, работать оказалось проще. Никто не хочет схитрить, не меняет условия. Так что делаем большие ставки на этот рынок. Еще хотим открывать сеть магазинов в Якутии – у них-то нет почти своего меда: климат. Если наши пчелы могут перезимовать в уликах, то у них пчелосемья на один сезон, – делится планами Василий Лебедев.

Конечно, проблемы у пчеловодов есть и с упаковкой, которую приходится заказывать из западных регионов России, и с жесткими экспортными стандартами. Но Василий Лебедев настроен оптимистично.

– Конечно, удобно было бы: взял, продал что попало, без сертификатов, никаких налогов не заплатил. Но раз уж мы люди цивилизованные, то и работать нужно так. – объясняет позицию Василий Лебедев.

Но чтобы помочь выйти из тени и создать профильную ассоциацию, пчеловодам нужен закон. Оказывается эта отрасль уже 12 лет не имеет, по факту, правового статуса.

Были не нужны?

С 1999 года в Хабаровском крае существовал закон №130 «О пчеловодстве». Но в январе 2006 года законодатели почему-то решили упразднить этот документ.

Тем не менее эта отрасль животноводства – далеко не в «отстающих» в крае. По данным Хабаровскстата, производство меда стабильно росло. Так, в 2014 году было собрано 485,4 тонны продукта, а в 2015 году – 534,2 тонны. Более поздних данных, к сожалению, нейти не удалось. Но благодаря тем же статистам можно судить о «теневом» медовом рынке. В 2014 году 453,6 тонны меда – а это 93,4 процента от всего каревого объема – было собрано не на сельхозпредприятиях или крестьянско-фермерских хозяйствах, а силами населения, которое свои пасеки ни в какие юрлица не оформило. В 2015 году ситуация практически не изменилась: 93,4 «медового» урожая принадлежит небольшим пасекам жителей края.

Видя востребованность и перспективы этой сферы, пчеловодам, как и другим животноводам, по данным Минсельхоза, выдавались субсидии и гранты в 2016 и 2017 годах. В 2018 году, на проекты по переработке древесных и лесных продуктов, в том числе и меда, планируется направить около 200 миллионов рублей.

А еще, как сообщает Краевой сельскохозяйственный фонд, в этом году пчеловодам в помощь был куплен масс-спектрограф, на котором можно будет проводить более детальные обследования меда и продукции пчеловодства, не вывозя образцы в другие регионы и не боясь, что при экспорте продукцию «развернут» на границе. Как отмечала Татьяна Шайдуллина, специалист хабаровской ветлаборатории, сперва минилабораторию опробуют при тестировании меда на тетрациклиновую группу, а полностью запустят оборудование к осени этого года.

К слову, и новые пасечники могут появиться в крае. Как сообщает Краевой сельхоз фонд, в марте на двухнедельные курсы по пчеловодству пришло 20 действующих и начинающих пчеловодов. Только вот готовы ли они выйти из тени?

Цифры в тему:

Больше 500 тонн меда собирают в Хабаровском крае

Около 93 процентов урожая – от хозяйств населения

Справка МК:

Самих пчеловодов приглашают принять участие в обсуждении закона о пчеловодстве на сайте Дальневосточного пчелоцентра по адресу в сети интернет: http://dvp.center