Входить или не входить: реанимация в детской больнице и новые правила

Как будут применять новые правила посещения реанимации в Хабаровске

29.11.2019 в 04:02, просмотров: 1476

Недавно родители выдохнули: по новым правилам в реанимацию к детям в тяжелом состоянии можно приходить хоть круглосуточно. Но как было раньше и стоит ли ждать изменений сейчас? Смогут ли родные поддержать близкого человека в тяжелом состоянии или в этом вовсе нет необходимости? Корреспондент «МК в Хабаровске» поговорил с мамой, которая почти месяц посещала малыша в реанимации несколько лет назад и с травматологом-ортопедом и замом главного врача Детской краевой клинической больницы имени А.К. Пиотровича Александром Фирсовым

Входить или не входить: реанимация в детской больнице и новые правила

Ваш сын перестал дышать

Золотой сентябрь. Последние то ли летние, то ли осенние деньки. Но Светлане Ивановой не до красот осени. У нее в голове включены часы: скоро откроется реанимационное отделение для посещения, нужно зайти минута в минуту, чтобы успеть побыть в палате, не упустить ни секунду положенного времени. А в руках уже привычный пакет с хирургической шапочкой, халатом, бахилами. И маленький мешочек – с яркими распашонками для малыша и памперсами, которые она упорно приносит в отделение.

Она совсем недавно стала мамой. Беременность протекала хорошо, вот только родиться малыш сперва решил раньше срока, а потом передумал, и пришлось делать экстренную операцию кесарева сечения. Но по принятой у медков шкале Апгар, показатели у ребенка были хорошие.

Вот только на вечернее кормление, когда все мамочки в палате уже знакомились со своими малышами, Светлане сына почему-то не принесли. Не принесли и в следующее кормление, перед сном. Зато зашел неонатолог с короткой фразой: ваш сын перестал дышать.

Что было в следующие несколько дней, она не очень помнит. Соседки по палате начинали знакомиться с детишками, а она старалась выйти из палаты подальше или уснуть, чтобы не видеть счастья материнства и не обращать внимания на скорбные взгляды медсестер. Пару раз ей разрешили зайти в отделение, где лежал ее малыш в ворохе трубок от капельниц и катетеров. Крохотные ладошки были уже по нескольку раз исколоты, вокруг что-то непрестанно пищало и мерцали показатели приборов.

Все это поддерживает жизнь

Через несколько дней врачи признали: в роддоме выходить ребенка не смогут. И реанимационная бригада перинатального центра забрала малыша. А мама, которая еще не поняла, а мама ли она, только и могла наблюдать из больничного окна, как трое врачей бережно несли маленький розовый комок в куче одеял, а другой врач следом аккуратно нес кислородный баллон, который поддерживал жизнь новорожденного.

Условия для тех, кто…

В октябре этого года Минздрав РФ уточнил новые правила посещения реанимации. Документ гласит о том, что к пациентам пропустят ночью и даже с младенческого возраста.

Александр Фирсов, ознакомившись с новыми рекомендуемыми правилами посещения реанимации от Минздрава, заметил, что независимо от федеральных распоряжений в реанимацию детской краевой больницы посетителей пропускали и до этого.

Александр Фирсов

Специфика работы с детьми подразумевает, что родителям надо видеть своих детей, им необходим непосредственный контакт с ребенком, реализовать свои родительские чувства. В некоторых случаях, а именно пациенты младшего возраста, находящиеся на грудном вскармливании, просто нуждаются в присутствии мамы.

В советское время вход в реанимацию был запрещён. Возможно, поэтому, ещё с тех времён, свободное посещение всё-таки подразумевает некоторые правила и ограничения.

Пропустят в реанимацию не каждого, потому что это отделение где действуют определенные СанПиНом (санитарно-эпидемиологические правила – прим.авт.) правила, накладывающие соответствующие требования как к персоналу отделения, так и посетителям. Основным условием этих правил является соблюдение принципов асептики и антисептики. Ограничения касаются и посетителей, не имеющих прямого отношения к больному ребенку. К посещению допускаются только прямые родственники – мама, папа или официальные опекуны пациента. Расхожее мнение о том, что в реанимацию будут пускать всех без разбора – несколько преувеличено.

Пациенты в возрасте младше пяти лет, в любом случае, госпитализируются вместе с мамой. При необходимости получения пациентом интенсивной терапии в условиях РАО (реанимационно-анестезиологическое отделение – прим.авт.), мама продолжает находиться в отделении, с правом посещения и осуществления ухода за ребенком в условиях реанимационного отделения в том числе.

Вопрос о допуске решает либо дежурный врач, либо заведующий отделением. Перед посещением родители сначала ознакамливаются, потом подписывают бумагу с правилами присутствия в реанимации.

В «Реанимационно-анестезиологическом отделении» есть распоряжение, определяющее режим посещения. Оно составлено таким образом, чтобы время было удобно и для посетителей, и для медицинских работников. С утра все дети задействованы в определённых лечебных процессах – проведении контрольных рентгенологических, ультразвуковых, эндоскопических и лабораторных исследований. Поэтому посещение пациентов родителями в реанимационном отделении в этот период времени ограничено.

Самый пик таких мероприятий приходится на утреннее время и обычно заканчивается к двум или трём часам дня. Потом, когда ребёнок прошёл необходимые процедуры, к нему допускают родителей. «Но если возникает какая-то экстренная проблема в часы посещения пациентов, то всех посетителей просят покинуть помещение до окончания мероприятий» - объяснил Александр Фирсов.

Кроме того, время посещений подобрано таким образом, чтобы родителям было удобно прийти даже после работы. Посетителям могут отказать в посещении пациента при наличии у них клиники респираторного заболевания (простуда), алкогольного или наркотического опьянения, неадекватного поведения.

Лабиринты и имена

Как только открываются двери реанимационного отделения, у Светланы начинается карусель. Коридоры, лестницы, коридоры: причем, сейчас она уже не вспомнит, на каком этаже находилась такая важная для нее палата. Потом кафель, белый кафель повсюду: на полу, стенах, и кажется, что и не потолке. Опять небольшой коридор, перед входом в палату – медсестринский пост, раковина, чтобы обязательно вымыть руки перед посещением. И наконец, просторная палата, где рядком вдоль стен стоят койки, на которых детей меньше, чем оборудования вокруг.

Пока врач рассказывает что-то о лечении, о каком-то невероятном количестве препаратов, которые получает меленький человечек нескольких дней жизни, о том, что он смог поесть 10 граммов смеси, она замечает на стене листочек с фамилией и нарисованным зеленым маркером цветочком. У других детей есть имена, а ее сына, как оказалось, передали врачам перинатального центра без имени – настолько плохими были прогнозы.

Врач оставляет маму наедине с малышом, но предупреждает – трогать его нельзя, слишком от многого зависит его жизнь сейчас. Маленький человек, тем временем, не спит, открывает глазки и пытается смотреть на мир. Врач говорил, что ему дают обезболивающее. А сейчас, что он чувствует? Больно ему, холодно, страшно ли? Что он знает об этом мире. «Можете так часто не приходить,» - замечает медсестра. Но зачем она это говорит, молодая мама вообще не понимает

Жизнь за стеклом

Мы подходим к «Реанимационно-анестезиологическому отделению», которое, как и театр, начинается с вешалки. По правилам СанПиНа посетителю выдаются бахилы, халат, колпак и маску.

Сюда попадают дети с нарушением витальных функций – кровообращения, дыхания или травмы. После лечения и нормализации общего состояния ребенка его не выписывают, а возвращают в профильное отделение.

Сестринский пост

В больнице имени Пиотровича три реанимационные палаты. Я нахожусь в помещении, где две палаты. Они расположены смежно по отношению друг к другу. Во всех больницах они выглядят практически одинаково. В больших стеклянных окнах видно комнату, в которой находится пост медсестры, койки с мониторами и аппаратурой. За всеми цифровыми значениями процессов в организме ребёнка можно наблюдать прямо с сестринского поста. Медсестра находится там круглосуточно, а дежурный врач производит обход пациентов приблизительно раз в два часа или по вызову медсестры.

В реанимацию посетителям лучше заходить по очереди, по словам Александра, потому что оказывается, что на каждого больного положен определенный объём свободного пространства вокруг кровати пациента, которые прописаны в СанПиНе.

«Если родителей пришло сразу три или четыре человека, то мы отграничиваем родителя с ребенком ширмой, создавая возможность побыть наедине. Но посетителей контролируют, чтобы они по неосторожности не причинили вред ребёнку. С больным не всё можно делать так же, как со здоровым ребёнком. Любое неосторожное движение больного или посетителя может привести к отсоединению аппаратуры поддерживающей процессы жизнедеятельности или контроля за пациентом», - добавляет Александр Фирсов.

Новые правила, как стимул начать с нуля

Покинув реанимационно-анестезиологическое отделение, задумываешься, а как его могут посетить мамы с младенцами. Ведь по новым рекомендуемым общим правилам посещения реанимации туда можно пройти даже с грудничком.

«Посещение пациентов с другими маленькими детьми – необдуманный поступок. Реанимация сама по себе – дополнительная опасность заразиться специфическим заболеванием. Флора хирургическая и реанимационная – это не те микроорганизмы, с которыми человеческий организм привык контактировать. Родители, может, и реализуют свои права и желание, но вреда приведенному с собой ребенку могут принести гораздо больше, чем пользы», - считает Александр.

С маленьким пациентом, который находится в состоянии комы, достаточно сложно высидеть даже час. Если речь зайдёт о ночёвке, то просидеть с больным два-три часа – это уже подвиг для родителя. Поэтому говорить о круглосуточном пребывании смысла нет, верим мы словам специалиста.

Койки стоят плотно, поэтому нескольким родственникам сразу приходить сложно

«Я знаю, что эта мысль лоббируется. Но для того, чтобы родители пребывали круглосуточно в отделении, для них как минимум надо создать приемлемые условия проживания. Поэтому введение подобных новых требований подразумевает реорганизацию реанимационного отделения и самой больницы в целом», - отмечает Александр Александрович.

Чтобы реализовать новые правила посещения реанимации, которые рекомендовал Минздрав РФ, похоже, надо начинать с самого нуля. Строить современные здания с новым набором современных помещений. Мысль прогрессивная, если хотите, но реализация её сложна. Ведь не может быть так, что приказы министерства здравоохранения не совпадут с возможностями больницы?

Возможно, реанимационное отделение нового формата появится в корпусе, который собираются строить. Но когда это случится – покажет время. Известно, что на новый инфекционный корпус детской краевой больницы имени Пиотровича из федерального бюджета выделили 130 млн рублей.

Первый раз на ручки

К очередному посещению, сыну Светланы все-таки подписали имя на том самом листочке. Да и вообще, сегодня у врача по-настоящему хорошие новости: аппарат для искусственной вентиляции легких успешно отключили, ребенок задышал сам. До этого было несколько безуспешных попыток убрать трубку из горла младенца – его легкие вроде начинали дышать, а потом снова переставали, и ребенка приходилось реанимировать. И так несколько раз по кругу.

У Тимура – так назвали мальчишку – сегодня большой день и первая победа в жизни. Из реанимации его переводят в другое отделение, куда потом ляжет и его мама, которая, наконец, сможет ухаживать за своим малышом, менять подгузники и одевать в яркие распашонки.

Для перевода уже приготовлены документы, на сестринском посту несколько одеял – чтобы по пути через коридоры ребенка не продуло. Пожилая медсестра по-доброму сердечно улыбается, как будто сегодня и у нее большая победа и радость.

- Мама, а вы его вообще на ручки брали?

- Ни разу.

Медсестра тихонько приносит стул – единственный в палате, и Светлана в первый раз держит на ручках своего малыша. Теперь нет сомнений – все-таки мама.