Как пользоваться электронной «Книгой Памяти» Хабаровского края?

Электронная версия 6 апреля размещена на сайте правительства края

13.04.2015 в 15:25, просмотров: 3058

 20 апреля в Хабаровске ожидается знаковое событие - сдача самого главного и священного объекта - мемориала на площади Славы. По словам чиновника краевого правительства Александра Селеменева, обновленный памятник сделан из современных износостойких материалов. Полностью заменены гранитные плиты, на которых позолоченными буквами выложено около 50 тысяч наших земляков, сложивших головы за жизнь своих детей, внуков и правнуков.

Как пользоваться электронной «Книгой Памяти» Хабаровского края?
И вот при въезде в город, на одном из постаментов в списке увековеченных павших солдат мы увидели родную фамилию. Первая строчка на латунной табличке братской могилы - Светлов Н.И.

 - Отреставрированы главная звезда, барельефы, заново возведены пилоны. Стоимость всех работ составила почти 300 миллионов рублей, - с гордостью отчитался Александр Селеменев. - Официальная церемония открытия мемориала пройдет в рамках мероприятий к 70-летию победы в Великой Отечественной войне.

В торжественной обстановке от факела-эстафеты с московской могилы Неизвестного солдата, зажгут в Хабаровске и Вечный огонь, который был тихонько, без лишнего шума, потушен на время реконструкции мемориала Славы.

Погрозили пальчиком

А ровно год назад, аккурат накануне Дня Победы, читатели прислали в редакцию шокирующую информацию.

Горы разбитых мраморных черных плит с начертанными золотыми буками хабаровских ветеранов Великой Отечественной войны были обнаружены в районе завода «Амуркабель» по Артемовской, 89. Их выбросили туда с мемориала, жесткий демонтаж которого шел тогда полным ходом.

В куче гранитно-металлического мусора оказалась фамилия и погибшего на войне моего родного деда по материнской линии Николая Ивановича Светлова.

Редакция просила прокуратуру Хабаровского края рассмотреть нашу публикацию, установить и применить к виновным новый закон, направленный на противодействие попыткам посягательств на историческую память в отношении событий Второй мировой войны.

Однако, кроме анонимного предупреждения строительной организации со стороны заказчика - правительства края - «о недопустимости впредь подобных действий», никаких иных мер не последовало.

Правда, генеральный подрядчик проекта - ОАО «Строительное управление №277» - его директор Геннадий Удалов - в разговоре с нашим корреспондентом тогда извинился «за поруганную память».

Весь народ требует от нас защиты

Николай Светлов отправился воевать с фашистами летом 1941-го - с первым хабаровским эшелоном. Нет, речь не о тех знаменитых дивизиях, остановивших немцев под Москвой в декабре.

Николай Светлов отслужил до войны три года в Амурской флотилии. Но был почему-то направлен в сборную 23-ю танковую бригаду, которая вся поляжет под древней Медынью, где в 1812 году русские войска остановили Наполеона, пустив его по старой смоленской дороге.

Уезжал на войну 23-летний краснофлотец Светлов от своей 22-летней жены Антонины и двухлетней дочурки Людочки с Паркового переулка (нынче он носит имя капитана Дьяченко) из 17-й квартиры в деревянном доме №3. Старенькое строение, кстати, до сих пор сохранилось.

«Тончик, милый мой, здравствуй! Все ближе и ближе подъезжаем к фронту. Как видишь, крошка, скоро будем на месте. Родина требует от нас защиты, весь народ этого требует. Тонечка, я знаю, что тебе тяжело. Не расстраивайся, чем могут, родные тебе, конечно, помогут, не откажут. Твоя задача, крошка, беречь Людмилку - единственное мое и твое сокровище», писал с дороги Николай своей красавице-супруге 4 июля 41-го из Красноярска.

27 июля рядовой Светлов отправил второе письмо жене Тонечке, короткое, уже из действующей армии. В сухих солдатских строчках, естественно, ни слова о войне, немножко нежности, вопрос о здоровье дочки, приветы родным и знакомым. Это была последняя весточка от Николая. Такие же письма получали тысячи хабаровских семей, мужчины которых полегли через несколько месяцев под Москвой.

В бою за Социалистическую Родину

Хабаровский солдат Николай Светлов погиб в январе 1942 года. Похоронки тогда не присылали. Жена только в мае получила отпечатанное на машинке полуграмотное извещение, без фамилий и печатей, с перепутанными датами и «географией», заверенное хабаровским нотариусом Вердеревским В.Б:

«Танковая бригада 8-го февраля 1942 года № 4/127. Ваш муж красноармеец срочной службы уроженец ДВК Иман в бою за Социалистическую Родину верный воинской присяге проявив геройство и мужество был убит в районе города Медынь 3 октября 1942 года (при копировании январь стал октябрем . - Прим. авт.), похоронен г. Медынь Смоленской области (с 1918 по 1929 годы была в Калужской области, с 1929 - перешла Смоленской области, в 1944 году снова стала районным центром Калужской области. - Прим. авт.). Настоящее извещение является документом для возбуждения ходатайства о пенсии. Начальник штаба, подполковник. Военком штаба, батальонный комиссар».

- Мама очень любила Николая. Им довелось пожить вместе всего три года. После гибели папы ей было очень тяжело одной. Она вышла замуж в конце войны, - рассказывает Людмила Светлова. - Мать хранила письма отца втайне от моего отчима, боясь его расстроить. И еще она очень хотела найти могилу своего первого избранника. Но не смогла - супружеская порядочность не давала воли чувствам долгие годы. Только перед самой смертью в 1987 году мама отдала мне папины письма и извещение о его гибели.

Папа, наконец, я тебя нашла

По словам Людмилы Николаевны, точного места захоронения ее отца в документе указано не было. Но она пообещала себе самой - обязательно найду.

- 9 мая 1995 года я вместе с младшей дочерью и ее мужем отправилась на поиски в Медынь, - рассказывает Людмила Светлова. - Это был полувековой юбилей великой Победы. Мы останавливались у каждого обелиска, которых там много. И вот при въезде в город, на одном из постаментов в списке увековеченных павших солдат мы увидели родную фамилию. Первая строчка на латунной табличке братской могилы - Светлов Н.И.

Людмила Николаевна стояла у памятника, как вкопанная, и благодарила провидение. Ведь сколько безымянных воинов лежит в этой земле, над ними не возвышаются даже маленькие обелиски, не говоря уже о мемориалах. А тут - танк Т-34 на гранитном пьедестале, венки, весенние ландыши и фиалки.

- У меня губы сами невольно шептали: мама, мама, я выполнила то, что не сделала ты, - с трудом сдерживая слезы, продолжает пожилая женщина. - Я обратилась и к тому, кто дал мне жизнь, а потом еще и защитил ее от страшного врага: папа, папа, наконец, я тебя нашла. Пришла сама и привела к тебе внуков, правнука.

Навечно в списках героев

В феврале 2013 года, через 18 лет после своего первого посещения Медыни, 74-летняя дочь Николая Светлова снова приехала в Калужскую область к своему отцу, навечно оставшемуся 23-летним. Людмила Николаевна привезла сюда уже младшего сына, невестку и второго 11-летнего правнука.

Всю мемориальную площадь занесло снегом, а танковый обелиск, по-прежнему, как и много лет назад, утопал в цветах. Из рук потомков Николая Ивановича в медынское небо вырвался воздушный шар с горящей лампадкой. На оболочке шара каждый из родных написал свое обращение к своему Николаю Светлову.

В Хабаровске же его имя было увековечено в музее гимназии №5, где он учился, и где будет учиться позднее его дочь. Также как и десятки тысяч жителей края, не вернувшихся с войны, Николай Иванович Светлов попал и на стелу площади Славы, и в Книгу памяти.

Кстати, оцифровка этого священного издания-мемориала завершилась буквально на днях. Ее цена - 342,4 тыс. рублей. Победителем тендера значится ЗАО «Электронный архив» («Элар») из Зеленограда. Электронная версия 6 апреля размещена на сайте правительства края.

Час от часу не легче

В официальном сообщении начальника отдела комитета по печати и маскоммуникациям правительства края Романа Семыкина говорится, что в цифровой Книге памяти собрано, цитирую, «более 90 тысяч воинов-дальневосточников, файлы пронумерованы и объединены в электронные книги, соответствующие оригиналам» - это все вышедшие из печати 6 томов, состоящих из 7 книг, а общее количество страниц - 4 640.

Однако, если посчитать по электронному счетчику, то получается 114 174 имени. Расхождение более чем в двадцать четыре тысячи! Кому верить, веб-счетчику или сотруднику компечати?

Заглянув же на страницы Книги памяти, меня и вовсе словно током ударило, как год назад, когда я увидел на свалке «Амуркабеля» фамилии погибших солдат. Теперь оказалось, что в электронных списках «вечной памяти» не оказалось родного деда моей жены - Владимира Израилевича Угодникова. Не значился он и в отсканированной печатной версии издания. Час от часу не легче.

Так они погибали

Как рассказал редакции внук солдата Владимир Портной, оформляли документы на внесение имени погибшего в Книгу памяти его дочери Римма и Доня Владимировны, в девичестве Угодниковы. Они, оставшиеся во время войны в малолетнем возрасте без родителей, бывшие детдомовки, уже в зрелые годы принялись отправлять десятки запросов по всем городам и весям. Как тут не вспомнить душераздирающий фильм «Когда деревья были большими»?

И вот через продолжительное время из какого-то райвоенкомата прислали короткую справочку о том, что Владимир Израилевич Угодников призывался из села Бирофельд Хабаровского края в 1941 году, и погиб в 43-м - где-то под Воронежем. Похоронен в братской могиле. И больше - ничего.

Да, так погибали и так находили последний приют тысячи советских солдат, так погиб и мой родной дед Николай Светлов.

Понятно, что многих до сих пор не нашли, понятно, что многие солдаты последней мировой войны, в том числе и из нашего края, не занесены ни в какие книги памяти. Но почему из-за чьей-то халатности с мемориальных страниц и плит исчезают фамилии тех, кто уже навечно туда вписан золотыми буквами?

По словам Владимира Портного, дочерям Владимира Угодникова с помощью той незатейливой, но очень дорогой бумажки из Воронежской области, действительно, удалось вписать имя своего отца и в Книгу памяти, и на пилоны хабаровской площади Славы еще до реконструкции.

Почему же сейчас в мемориальном издании не оказалось фамилии его деда, Владимир Портной, которому во время разговора с журналистом очень нездоровилось, сказать затруднился.

Дети солдата - Римма и Доня Угодниковы несколько лет назад скончались. Соавторов же той первой версии Книги памяти, куда была вписана фамилия их отца, тоже нет в живых.

Но главное, что помятую военкоматовскую справку, по словам Владимира Портного, «наверное, выбросили вместе с кучей старых врачебных рецептов, когда убирали тумбочку после смерти мамы».

Конечно, можно вновь начать отправлять запросы, опять и опять проходить эту долгую процедуру «увековечивания». Можно и нужно. Теперь этим займутся уже правнуки Владимира Угодникова.

Неугодные Угодниковы

Добавлю, что в прошлом году, когда я, накануне Дня Победы, решил рассказать в эфире правительственной радиостанции в своей программе о том, как фамилии наших погибших хабаровчан оказались на мусорной свалке, мне запретили это делать. Мол, не нужно «будоражить людей в такой святой праздник».

Наверное, также запретят мне рассказать на официальном радио и о «потерянном» из мемориальных списков солдате Владимире Угодникове?

Я с ужасом думаю, а что если не он один исчез из анналов после «реконструкции памяти»? Как будут ответственные чиновники глядеть в глаза родным и близким погибших героев в день 70-летия Великой Победы на открытии обновленного памятника, стоимостью под треть миллиарда рублей? Сколько слезинок упадет на каждый миллион?

Светлая память моим дедам рядовым Николаю Светлову и Владимиру Угодникову. Светлая память всем, кто не пришел с той страшной войны. А тем, кто издевался над их именами, пусть будет стыдно!